Мы договорились встретиться с знакомой парой в Дуино, небольшом городке на берегу Триестского залива, где на огромной скале возвышается старинный замок. Многие помнят это место благодаря знаменитому произведению Р. М. Рильке «Дуинские элегии».
Был конец сентября, и они возвращались из Венеции после посещения Биеннале — одной из самых известных художественных выставок в мире. Разговор завязался о мире искусства, культуре и тайне, окутывающей красоту.
Е: как же здесь хорошо в конце лета, никаких толп туристов, как в Венеции…
М.: Мы тоже были туристами в этом удивительно красивом городе. Вы еще помните карнавал, который был здесь несколько лет назад? Невозможно было пробраться сквозь толпы автобусов и путешественников, которые стекались сюда со всех сторон.
Е.: не знаю почему, но Венеция как-то магически меня притягивает. Я приезжаю туда раз в два-три года и наслаждаюсь атмосферой этого города, который, по сути, стоит посреди воды.
М.: Меня вообще не интересуют города, но Венеция — это что-то особенное, в ней есть что-то странное и в то же время загадочное и знакомое.
Конечно, не случайно многие великие художники прошлого жили в Венеции или просто проводили здесь время.
К.: когда мне было 19, 20 и 21 год, я приезжал туда по крайней мере раз в году, но не в разгар лета. Я помню, там был портрет кисти известного художника, кажется, Тинторетто, под названием «Il Filosofo», «Философ». Я сел на пол и уставился на него; портрет так затронул меня, словно картина обращалась ко мне лично.
В то время я напряженно искал смысл своей жизни. Обыденная, буржуазная жизнь, общество, сосредоточенное на материализме, были мне совершенно чужды.
Я не могу сказать, что все эти знаменитые картины старых мастеров прекрасны, но они впечатляют.
Наступила тишина. Был ранний вечер. Солнце низко зависло над Адриатическим морем, отражаясь в бесчисленных маленьких барашках волн. Небо вот-вот должно было окраситься в розово-красно-фиолетовые тона, и я ощущал какой-то трепет, как перед мистерией, которая раскрывает смысл слова «прекрасное».
Моим любимым островом был Сан-Микеле, остров-кладбище… просто необыкновенный. В разлитой вокруг тишине слышался только плеск волн, доносящийся от вапоретто и других лодок, на которых почти нет людей.
То ли Гёте, то ли кто-то другой сказал эту фразу, но она действительно верна: красота в глазах смотрящего.
Красота — это внутреннее ощущение. Часто мне кажется прекрасным то, что не является чем-то обыденным, то, что кажется странным, к чему мы не привыкли… да, странным…
М. (архитектор): есть что-то притягательное в незнакомом, непривычном. Когда привычное разрушается, наши формальные шаблоны смешиваются. Я верю, что искусство жизни заключается в том, чтобы просто ощущать красоту в повседневной жизни, видеть ее в мелочах, например в свежем хлебе, в красивой буханке хлеба, только что вынутой из печи, хорошо пропеченной… в его запахе, во вкусе… он так хорош, что его хочется есть, просто глядя на него. Все должно быть гармонично. Для меня красота — это что-то простое, гармоничное в контексте целого, возможно, то, что не так-то просто объяснить.
E: Мы так много говорим о целостном подходе к жизни. Но когда я смотрю на эти прекрасные старинные дома, да, они прекрасны; в них есть что-то от гармонии, от гармоничных отношений, и я часто думаю про себя… что есть какое-то волшебство, разлитое в воздухе, в цветах моря и неба.
Часто люди не замечают этого величия и красоты, когда вокруг так тихо, как сейчас, прекрасный вечерний бриз и на горизонте закат…
И снова нас окутала почти неземная тишина, которую не нарушали ни голоса прохожих, ни шум проезжающих машин, ни даже громкий мопед, скутер «Веспа» или что-то еще. Так и есть: тишина — это сила, которая может поглотить любой шум, если она внутри нас, если это внутренняя тишина…
К.: но красота — понятие относительное. Мы восхищаемся вещами из прошлого, например этими великолепными зданиями, не только в Венеции, но и во всех европейских городах. – Когда я вижу эти замки, соборы или палаццо, я не могу не думать о страданиях рабочих и их семей, о нищете, о скудных условиях жизни, о человеческих жизнях, которые были принесены в жертву ради всего этого.
М: А еще эти бесчисленные стволы боснийских дубов, застрявшие в иле Венецианской лагуны: кто их срубил, кто погрузил на корабли, кто перевез их через море? Разве у всего прекрасного нет своей тени? Может ли в этом мире быть что-то прекрасное само по себе?
Е: хорошо, послушай меня. Мы видим формы, результаты и говорим: красиво, чудесно, невероятно или что-то в этом роде, но все это очень быстро становится относительным. Я считаю, что истинная красота существует только в душах людей. Разве не бывает людей с прекрасной душой? И когда я в ладу с собой, когда во мне живет радость, когда я полон доброжелательности и чувства единения с людьми, тогда все вокруг становится прекрасным, без сомнений.
А что ты чувствуешь, когда влюблен? Тогда вдруг все становится прекрасным, будь то дождь или снег, холод или жара. Тогда любая работа становится легкой, во всем появляется радость — вот и ответ: секрет красоты — в радости.
К: Я чувствую, что красота связана с чистотой и гармонией. Может ли быть красота без мудрости или без порядка? На самом деле — понятия не имею.
Е: (смеется) Понятия не имею, но красота — это высшая наука. И я вам скажу, что это своего рода чувство, ощущение, которое связано с единством, ощущением единства с людьми, животными, природой. Когда мы находимся в этот единении, мое сердце просто раскрывается. Мы говорим о важных вещах, действительно важных, и об этой прекрасной атмосфере, запахе сосен у моря.
М: на биеннале мы читали об Ибн Араби, арабском мистике и мыслителе из Марокко, и о его картинах. Несколько фраз мне особенно понравились.
Е: они напечатаны в каталоге выставки. Там также есть несколько строк о его жизни: Ибн Араби — исламский поэт и философ, почитаемый и известный во всём арабском мире, оказавший и продолжающий оказывать огромное влияние на теологию и культуру исламского мира.
К: …ну, для тех, кому интересно.
Е: тут мы имеем дело с мудростью. Итак, второй секрет красоты — это мудрость. Но радость, конечно, тоже является непосредственной частью этого. Надо будет это записать. Я включу это в свой сценарий для школы (она работает учителем рисования в начальной школе). Сартр где-то сказал, что рай на земле может существовать только в человеческой душе. Думаю, то же самое можно сказать и о красоте.
Ах да, я всё это время хотела сказать ещё кое-что: мне нравятся красивые люди, независимо от того, как они выглядят.
Ибн Араби:
Красота — это свет сердца.
Вся красота — это отражение божественного.
Мир — это отражение красоты Бога.
Человек — самое прекрасное создание,
потому что только он
способен видеть красоту во всём.
Поэтому идите и очистите свои окна.
Вместо того чтобы тосковать по иному миру, полюбуйтесь чудесной красотой этого.
Если вы не видите торжества красоты здесь, то уж точно не найдете ее где-либо еще.
(Р. У. Трайн, «В гармонии с бесконечностью», глава 5)
