Наука рождается из тайны души. Внутренняя трансформация К.Г. Юнга — Часть1

В коротком трактате под названием Septem Sermones ad Mortuos (Семь обращений к мертвым) К.Г. Юнг выразил глубокую внутреннюю трансформацию.

Наука рождается из тайны души. Внутренняя трансформация К.Г. Юнга — Часть1

Карл Густав Юнг (1875-1961), основатель Аналитической Психологии, пережил глубокую психологическую трансформацию в возрасте около 40 лет. Он выразил ее, среди прочего, в трактате Septem Sermones ad Mortuos (Семь обращений к мертвым). Позже Юнг объясняет, что он «внутренне чувствовал побуждение сформулировать и высказать это […] Затем это начало вытекать из меня, и за три вечера вещь была написана» [1]. Это своего рода гностический миф, сформулированный на «особом языке», как говорит сам Юнг. Позже он увидел этот этап своей жизни как «источник и начало» своей будущей работы. [2] К. Г. Юнг искал свет в тайнах души. Он интенсивно интересовался алхимией и благодаря ней пришел к изучению работ ранних христианских гностиков. Относительно короткий трактат [3] имеет подзаголовок «Семь учений мертвых». Написано Василидом в Александрии, городе, где Восток соприкасается с Западом.

В семи обращениях Юнг обращается к «мертвым» в стиле Василида Александрийского. Василид был известным гностиком, жившем во втором веке, в его представлении  божественная полнота бытия (Плерома) раскрывает свою сущность в семеричном процессе – через противоположные полярные силы, направленные друг на друга.

«Мертвые», о которых идет речь в этом тексте, на самом деле не мертвы, это люди, которые чувствуют себя мертвыми, потому что их душам не хватает истинного знания.

Они вернулись из Иерусалима, где не нашли того, что искали. Они искали и жаждали моего знания, и поэтому я учил их.

Юнг исповедывал — как когда-то Василидес — «Gnosis Kardias», то есть знание, которое берет свое начало в сердце человека.

Структура Пропоедей разделена на семь учений, соответствующих семи стадиям процесса развития души. это развитие  разворачивается через панораму семи душевных пространств, в которых возникают образы и происходят события трансформации.

В этой статье мы сосредоточимся на четырех основных учениях.

«Внутри нас Плерома разрывается» (SERMO I)

Василидис учит мертвых:

Послушайте: Я начинаю с небытия. Ничто похоже с полнотой. Наполненное бесконечностью так же хорошо, как и пустое. Ничто пусто и полно. (…) Ничто или Полноту мы назовем ПЛЕРОМОЙ. В ней прекращается мышление и бытие, ибо вечное и бесконечное не имеют свойств. Там нет никого, потому что иначе некий Тот отличался бы от Плеромы и имел свойства, делающие его отличным от ПЛЕРОМЫ.

В Плероме есть все и ничего : не стоит помышлять о Плероме, иначе это означало бы самоумерщвление.

Плерома есть безграничное, безличное пространство в душе человеческой; оно охватывает его сознательную и бессознательную жизнь. Согласно Юнгу, душа есть интрапсихическое определение этой полноты.

Но мы — сама Плерома, ибо мы — часть вечного и бесконечного. Однако мы не причастны ей, но бесконечно далеки от Плеромы, не пространственно и не во времени, а СУЩНОСТНО, тем, что отличаемся по качествам от Плеромы как создания, ограниченные во времени и пространстве.

Качества Плеромы проявляются в парах противоположностей :

— успешное и неуспешное

— полнота и пустота

— живые и мертвые […]

— свет и тьма […]

— добро и зло […]

— один и многие и др.

Пары противоположностей — это качества Плеромы, а не компенсация друг друга.

Плерома есть все, проявленное и непроявленное. Различие проявляется в творении. Различимость созданного порождает разделение.

Качества, уравновешивающие друг друга в Плероме, различаются в человеке.

Плерома нас разрывает.

В этом предложении заключены основные духовные знания, которые Василид хочет передать мертвым. Душа человека не находится в изначальной полноте своего бытия. Он разделяет качества плеромы на противоположности, которые не уничтожают в ней друг друга, а проявляются целостной индивидуальностью.

Человек уже не осознает компенсаторной реакции своего бессознательного, когда, например, он желает прекрасного и добра и получает безобразное и зло. Нельзя взять одного, не коснувшись другого.

Опасность теперь в том, что человек, стремясь вернуть изначальную целостность, в мыслях впадает в плерому, и его сознание растворяется в ее пустой полноте.

Василидис говорит: Не ваше мышление, а ваше бытие есть самопознание. Поэтому вы должны стремиться не к различию, как вы думаете, а к ВАШЕМУ БЫТИЮ.

Целостность человека в его уникальном бытие хочет раскрыться в его изначальном я. Юнг называет это стремление индивидуацией (Principium Individuationis) : присущей человеческой психике склонностью не отказываться от своего света сознания, сохраняя верность изначальному в нас.[4]

[1] Aniela Jaffé, Erinnerungen, Träume, Gedanken von C.G. Jung, Olten, 3. Auflage, 1985, S. 193 f.

[2] Stephan A. Hoeller, Der gnostische Jung und die sieben Reden an die Toten, Calw 1987

[3] Es ist veröffentlicht als Anhang zu Erinnerungen, Träume, Gedanken von C.G. Jung, a.a.O.

[4] Stephan A. Hoeller, a.a.O., S. 81

 

Share this article

Article info

Date: 17 ноября, 2021
Author: Sibylle Bath (Germany)
Photo: yang-mohamed Hassan auf Pixabay CCO

Featured image:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *