К. Г. Юнг и прорыв к себе

Истинное «Я» не может стать реальностью при сохранении нашего традиционного мировоззрения. Чтобы это произошло, требуется внутренняя самореволюция, полностью выводящая человека за пределы собственных ограничений в другую реальность, которую мы называем «Божественной полнотой» или «Целостностью».

К. Г. Юнг и прорыв к себе

 

Почти во всех мифах развитие человека описывается как путешествие, в котором он, не подозревая о своём королевском происхождении, после всевозможных испытаний завоёвывает принцессу и ,в конце концов,обретает королевский сан. Эти мифы можно понять, только если мы рассматриваем человека как существо души, подверженное постоянному изменению – от рождения до смерти. Психоаналитик К. Г. Юнг (1875–1961) размышляет о пути человека к своему духовному центру.

В каком-то смысле мы уже те, кем нам ещё предстоит стать! Мы уже есть, но не осознаём этого. Наша жизнь заключается в раскрытии сознания, в котором мы ощущаем себя частью бо́льшей целостности, существовавшей изначально. Здесь, на земле, видимые всем, мы являемся не только душой, но и результатом действия трёх сил, которые таинственным образом работают вместе.

Тело – душа – Дух

Богословски-философский вопрос о связи между телом, душой и Духом в психологических размышлениях К. Г. Юнга трансформируется во взаимоотношения «я» – души – духовного «Я». Он описывает душу, или психе, как связующее звено между ограниченным радиусом «я»-сознания и неопределимым уровнем частицы Духа в человеке. Юнг пишет об отношениях между телом/эго, душой/психе и Духом:

«Дух есть самое тонкое и высшее; душа как связующее звено между Духом и телом [связь между Духом и телом] грубее Духа, но имеет «крылья орла», чтобы поднимать тяжёлое в высшие области…

И точно так же, как человек Иисус стал сознательным только благодаря Свету, исходившему от высшего Христа и разделившему в нём различные природы, так и благодаря свету, который исходит от Иисуса, зародыш в бессознательном человеке пробуждается и побуждается к подобному умению различать противоположности». [1]

Эго

Юнг рассматривает эго как центр сферы сознания, в которой представлены все элементы содержимого сознания. Только то, что замечено и принято эго, остаётся в сознании. Всё, что эго отвергает, вытесняется в подсознание – в личное бессознательное, как называл его Юнг.

«Я»-сознание биологически прочно связано с материальным телом и выражает себя в нём и благодаря ему в мышлении, чувствовании и действии.

«Я» и тело образуют единство через отождествление «я есть». Это относится по Юнгу и к собственной духовной сути человека (my-self), поскольку идентичность и сущность (my-ness) являются важными характеристиками эго. Однако при этом человек ощущает себя отделённым от природы и от своих собратьев.

Хотя эго располагается в центре сферы сознания, на него в равной степени влияет совокупность всех бессознательных составляющих, которые связаны с полем сознания на периферии.

Психе

Душа, или психе, окружает эго. Она имеет индивидуальную природу и работает через эго. Психе – жизненный принцип, который снабжает эго жизненной энергией и формирует сознание и способность действовать, а также придаёт ему направление. Это то, что движет эго, т. е. совокупность всех сознательных и бессознательных процессов в человеческом существе, включая всё подавленное, глубинное, – то, что Юнг называет «тенью» человеческой души.

Психе часто побуждает эго действовать опрометчиво или импульсивно, но также создаёт возможность действовать творчески и с состраданием. В психотерапевтическом аспекте Юнг видел свою задачу в том, чтобы, распознавая, принимая и объединяя, вернуть конфликтующие полюсы в равновесие, потому что:

«Сознательное и бессознательное не составляют единого целого, когда одно подавляется и повреждается другим. И то и другое являются аспектами жизни». [2]

При внимательном, осознанном наблюдении, ничего не отрицающем, позволяющем всему, что возникает в мыслях и чувствах, быть, происходит очищение и умиротворение души, которая может всё больше обращаться к своей исходной задаче в качестве связующего звена между эго-сознанием и истинным «Я». Для Юнга это – важный шаг в индивидуации на пути к духовному «Я». Ибо чем больше душа освобождает части «тени», тем сильнее проявляется истинная сущность души. Тогда она становится всё более способной распознавать суть и единство всех вещей. Это позволяет настойчиво стремиться к совершенству в себе.

По этому поводу Юнг цитирует Августина: «Наш конец должен быть нашим завершением, но нашим завершением является Христос». И добавляет: «Его невеста – человеческая душа». [3]

Самость

Для Юнга Христос является символом Духа, божественного, или духовного, начала в человеке. Таким образом, он отделен от исторической личности в богословии и явно подчёркивает трансцендентный аспект, который может быть распознан только в работе очищенной души.

«Самость – это тот центральный, архетипический, структурный элемент психе, который с самого начала работает в нас как организатор и руководитель духовных событий», – говорит Юнг. (Он использует слово «самость», но в гностических учениях, например, используются термины: Атом-Искра, атом Света, Розовый бутон,Горчичное зерно и т. п.)

Дух – самость (по Юнгу) – непостижим для эго, а также для психе во всей своей глубинной сущности. Но может случиться, что он охватывает душу, проникает в неё и в этом союзе становится руководящим и самопознающим началом. Тогда происходит завершение индивидуации в символическом алхимическом браке, как описывает его Юнг в книге «Психология и алхимия».

В своих исследованиях самости Юнг часто ссылается на труды ранних гностиков, таких как Василид (ок. 85–145 гг. н. э.) или Валентин (ок. 100–160 гг. н. э.), а также на работы средневековых алхимиков, в частности, алхимика Герарда Дорнея (ок. 1530–1584 гг.).

Чтобы иметь возможность более глубоко подойти к осознанию концепции самости и значения истории Христа в работах Юнга, требуется более полное понимание того, что он называет «архетипом».

Архетипы и коллективное бессознательное

При разборе снов своих клиентов Юнг неоднократно наталкивался на символы и мотивы, которые можно найти во всех культурах, религиях, а также в мифах разных народов. Как правило, они существуют как взаимодополняющие пары противоположностей, например, герой (богатырь) и колдун, король и королева, рай и ад, Христос и Сатанаил, но и как добро и зло, инь и ян, вечность и мимолётность и так далее.

Личное бессознательное включает в себя теневые части индивидуальной души каждого человека; а коллективное бессознательное, то есть мысли и чувства общие для всех человеческих существ, которые выражаются во внутренних образах и ощущениях, спонтанно и непроизвольно возникающих в сознании, Юнг называл «архетипами».

Архетипы – это проекции высшей реальности на ограниченную мыслительную способность человека; также как и символы, они указывают на лежащую в основе Истину. Эта Истина находится за пределами непосредственного понимания рационального ума и поэтому может открыться ему только как парадоксальное явление. Юнг говорит об этом:

«…ибо только парадоксальное способно приблизительно охватить полноту жизни, но однозначное и бесспорное – односторонне и потому непригодно для выражения непостижимого». [4]

Противоположности всегда создают напряжение, как только происходит отождествление с одной стороной и отрицание другой (или-или). Решение возможно только тогда, когда обе стороны могут быть признаны и приняты одновременно (и то, и то). Это может привести к высвобождению заключённой в них энергии и внезапному подъёму сознания над обоими исходными полюсами. Происходит скачок сознания на уровень совершенно иного рода, который стал «ни то, ни другое» по отношению к первоначальному противопоставлению. В нём упраздняется всякая двойственность, и вновь достигается единство изначального.

Юнг говорит о «mysterium coniunctionis» (мистериальном союзе), который возникает из «coniunctio oppositorum» (сочетания противоположностей) и воссоединяет душу с «unus mundus» (единым миром), всё ещё потенциально существующим изначальным Единством Творения.

«…Индивидуация – это «mysterium coniunctionis», в котором самость переживается как брачный союз противоположных половинок. [5]

Но это coniunctio – соединениесоставляет безусловную предпосылку целостности». [6]

Для Юнга Христос – это архетип самости, который позволяет зрелой человеческой душе преодолеть границу двойственности и вернуться к единству.

Таким образом, архетип имеет двойственную природу с двумя точками зрения или перспективами. Нижняя – это точка зрения психе, которая всё ещё находится в плену разделения и переживания двойственности. Верхняя – это перспектива с точки зрения самости, божественной реальности, в которой душе ещё пока отказано жить.

Архетип – это, можно сказать, точка пересечения проявления и «чистого бытия», между формой и идеей. Следовательно, человек должен прорваться через границы своего сознания и оставить их позади, если он хочет приблизиться к своей самости. Если прорыв сознания не совершён, старые противоречия продолжают существовать отдельно друг от друга. И следовательно, добро и зло остаются в мире.

Юнг очень чётко пишет о коллективном бессознательном человечества, о природе и происхождении архетипов:

«…Получается, что все архетипы сами по себе создают благоприятные и неблагоприятные, светлые и тёмные, добрые и злые последствия. […] Нельзя игнорировать тот факт, что противоположности достигают своей нравственной кульминации только в области человеческой воли и действия […] В конце концов, мы не знаем, что такое добро и зло сами по себе. Поэтому следует предположить, что они возникают из человеческой потребности в сознании и, следовательно, теряют свою значимость за пределами человеческого существа». [7]

Человечество всё ещё, не отдавая себе отчёта, остаётся в сфере влияния архетипов, не воспринимая их сознательно и не пройдя через них. Таким образом, архетипы являются стражами у ворот к реализации истинного «Я».

Прорыв к себе

Истинное «Я» не может стать реальностью при сохранении нашего общепринятого мировоззрения. Чтобы это произошло, требуется внутренняя самореволюция, которая полностью выводит человека за пределы его собственных ограничений в другую реальность, которую мы называем «Божественной полнотой» или «Плеромой».

Для этого мы сами должны мобилизовать энергию, не избегая противоположностей в одностороннем отождествлении, а распознавая их, осознавая и приводя в равновесие. Тогда их можно объединить, чтобы противоположности больше не связывали душевную энергию.

Но скачок в измерение самости невозможен до тех пор, пока наш ум ещё полон идей; пока вместе с объединением противоположностей не начнёт происходить мистерия, таинство соединения, в котором проявляется третье, пока ещё латентное «Я». Проникнув в эго-сознание и душу, оно может захватить и преобразить их, как только они перестанут ему мешать. Тогда «я»-сознание и психе (душа) растворятся в самости, сошедшей из сферы Полноты.

Как человеческие существа мы являемся соучастниками и сотворцами процесса, который нам даже трудно вообразить. Мы можем довериться ему, чтобы полностью погрузиться в этот процесс. Тогда границы исчезнут – мы снова, подобно волне, воссоединимся с Великим Океаном.

 

 

 

 


 

[1] C. G. Jung, Aion, Beiträge zur Symbolik des Selbst, (« Эон.Исследование о символике самости») Walter Verlag, Olten und Freiburg im Breisgau, 8th edition 1992, p. 77

[2] T. Wischmann, Der Individuationsprozess in der analytischen Psychologie C.G. Jungseine Einführung,Процесс индивидуации в аналитической психологии К.Г. Юнга – введение»),Heidelberg, 2nd edition 2006, p. 22 (www.dr.wischmann.de)

[3] Op. cit., p. 49

[4] Op. cit., p. 18

[5] C. G. Jung, Aion,(«Эон…») op. cit., p. 72 f.

[6] Op. cit., p. 40

[7] Op. cit., p. 282

Share this article

Article info

Date: 7 ноября, 2021
Author: Manfred Blauth (Germany)

Featured image:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *